Матч этот не был официальным – так, обыкновенная «двусторонка», но она оказалась вполне посещаемой. 6000 истосковавшихся по футболу зрителей следили за тем, как их «святые» проводят первый после отпуска «полнометражный» матч. Играли «красные» против «желтых». И в составе «красных» вышел на поле нападающий сборной Латвии Мариан Пахарь. Впервые после ноября прошлого года он отыграл все 90 минут. Гола не забил, но не это главное. Главное – он вернулся, и это аплодисментами отметили фаны клуба.
Наш разговор с Марианом случился до того, как это возвращение, пусть и временное, ведь он до сих пор не играет, состоялось, и тогда настроение форварда еще не было таким, какое, я убежден, оно сейчас. Хорошим, естественно.
– Неприятны все эти травмы, – с грустинкой в голосе отреагировал он тогда на упоминание о болячках. – Очень играть хочется. В клубе дела идут удачно. Многого добились – будем играть в Кубке УЕФА, а я не у дел.
Четыре времени жизни в Англии
В Англии Мариан живет уже четвертый год. Четыре года – четыре сезона. Такие непохожие друг на друга – как времена года.
Первый сезон. Короткий, как футбольное лето в Англии.
– Когда я приехал в Англию, до конца сезона оставалось семь игр. «Саутгемптон» стоял на вылет. Я тогда многого еще не понимал. Ходил как зачарованный, в шоке. В том числе от настроения болельщиков, тренеров, игроков. И первые несколько игр в премьер-лиге тоже были шоком. Потом пошли первые голы (три в том сезоне), английский язык перестал быть совсем чужим, я начал осваиваться.
Второй сезон. (Его уместно сравнить с весной – он многое обещал.)
– В его играх я забил 12 голов и стал лучшим бомбардиром клуба. Но все еще шло привыкание.
Третий сезон сложился наиболее удачно (это как лето – расцвет природы).
– По количеству забитых голов (их получилось 16) – да, но не по качеству игры.
Сезон последний – мрачный, как зима.
– Такого в моей карьере еще не было.
– Не считаете ли вы, что это какое-то испытание, ниспосланное вам сверху, или это просто неудачно сложившиеся обстоятельства?
– Ничего просто так не бывает. Я очень долго играл без травм и без замен за сборную и за клубы. Как видим, накопилось и вылезло.
– Любопытно в связи с этим узнать ваше отношение к религии.
– Это личное. Я в газетах такие вещи не обсуждаю.
– Что ж, тогда о травме…
Надо резать
Та травма, от которой Мариан мучается сегодня, не чета прошлогодней.
– Летом прошлого года мне оперировали паховые кольца. Тогда вроде бы все наладилось. Начал сезон. Играл с первых игр. Но предсезонку-то пропустил. Как следует не был готов, и, может, недостаток физических кондиций привел к новой травме. Сыграл с десяток игр и получил травму голеностопа. В мае был на обследовании в Бристоле у хирурга, который затем и сделал операцию. Уже третью.
История
с географией
– Вас «резали» в Шеффилде, Саутгемптоне. Теперь в Бристоле. Медицина помогает изучению географии Англии.
– Был я в Бристоле не раз. Встречались в предсезонной подготовке с «Бристоль-сити», за который играл Виталик Астафьев. Ездил к нему в гости. А Англию я за эти годы узнал «от» и «до». От Шотландии, хотя на севере делать нечего, до юга. На Лох-Нессе, правда, не был. Чтобы выехать в такие места, нужно дня два-три. Но откуда взять их, если у нас один выходной в неделю. Вообще же, Англия – это Лондон. Мы его с женой очень любим, и чуть что, едем туда. Лондон можно узнавать бесконечно.
Друга в ложу возьми
с собой
– Друзей в связи с изменившимися обстоятельствами – нет игр, нет голов, нет паблисити – меньше не стало?
– Друзья в Риге такими и остались. Их никто не заменит. А с англичанами близко сдружиться практически невозможно. Хотя кое с кем удалось. Но все равно с ними общаюсь не так, как с рижскими друзьями. Другой менталитет. Приходится постоянно перестраиваться, следить за собой. Ходим в гости, а вот в пабах не общаюсь. Мне пабы не очень нравятся. Саутгемптон – город маленький, команда очень популярна. Как правило, если ты куда-то выходишь, то сразу оказываешься на виду. Тяжело сидеть в том же пабе, когда все взоры устремлены на тебя. Не то чтобы не дают покоя, но достаточной privecy (Мариан не нашел аналога русскому выражению «свобода частной жизни») нет. Только и следишь за собой: не уронить бы кусок под стол или еще что-либо этакое не совершить. Дискомфорт. В ресторанах публика посолиднее, так что чаще мы с женой Викой ходим в них.
ГОЛовой работать надо!
– Игра форварда красна голами. Их, разных, было много. Но были ведь и памятные?
– Их два. И оба в ворота «Эвертона». Это был заключительный матч моего первого сезона в «Саутгемптоне». Чтобы не вылететь из премьер-лиги, его надо было обязательно выиграть. И мы выиграли со счетом 2:0. Что было после игры, словами не описать, это всеобщее счастье надо было видеть.
– А самый красивый гол?
– Он состоялся в матче с «Дерби Каунти». Я – правша и особо мощным ударом не обладаю. А тут – левой, метров с 23-25 в «девятку». Даже сам не ожидал. Красив был и гол, забитый «ласточкой» (головой в полете) «Эвертону» в том памятном матче. За сборную запомнился гол, который я забил в игре со сборной Норвегии в Осло. Он не был красивым, но очень важным. Мы повели 1:0, поверили в свои силы и выиграли тот матч.
Запомнился и мяч, забитый в прошлом году «Лестеру» «ласточкой». А вот через себя в падении не забивал. Да и не рискую это делать – спина у меня не очень здоровая.
– Наверное, были и курьезные голы?
– Один такой случился на «Олд Траффорде». Тот матч «МЮ» мы проиграли со счетом 5:1, но свой ответный гол я запомню надолго. Я оказался один перед воротами. Передо мной был только Бартез. Но удар у меня получился корявый. Точнее сказать, не получился вовсе: ударил правой ногой, и мяч по пути попал в мою же левую ногу. Получился дуплет, и мяч, который Бартез должен был спокойно брать, прошел под ним. Никто не понял, что случилось, но я-то знаю, как все было, поэтому и посмеялся.
– Статистику голов ведете?
– Нет. Но то, что головой, хоть я и маленького роста, в сезоне 2001/2002 забил больше всех в премьер-лиге, знаю. И этим горжусь…
|
ПО ТЕМАМ 
ПО ДАТАМ 
